Авторизация

Забыл пароль регистрация
войти как пользователь

Регистрация на сайте

CAPTCHA
войти как пользователь

Восстановление пароля

войти как пользователь

пожаловаться модератору

CAPTCHA
Поделись НЭПом
USD: 56.3554 - 0.2364
EUR: 70.6471 - 0.0247
Погода и курсы валют

Таежный «дом» Михаила Ильина

Таежный «дом» Михаила Ильина
Общий рабочий стаж этого ухтинца – более 40 лет, из них 37 он «отвахтовал» в тайге. Кавалер ордена Трудового Красного Знамени и медали «За трудовое отличие», заслуженный работник нефтяной и газовой промышленности РСФСР Михаил Ильин зимой жил в продуваемой палатке, на тягаче возил по лесу на прицепе балок с маленькой дочкой, бил из мелкокалиберной винтовки волков, высунувшись из люка... Но несмотря на все бытовые трудности, говорит, что такая работа ему всегда нравилась.

Бегом от войны

Родился Михаил Александрович 9 января 1936 года в маленьком городке Новосокольники Великолукской (с 1957 года Псковской) области. Отец работал в военкомате кузнецом, мать руководила овощеводческой бригадой местного совхоза. Знаменитую речь Молотова о начале войны пятилетний Миша выслушал дома, сидя на столе... «Помню низколетящие черные самолеты, страшную панику, разбегающихся людей. Отца, который воевал еще в финскую, забрали на фронт. А нас, троих малолеток (средний брат моложе меня на год, а младшему вообще был годик), вместе с матерью посадили на полуторку и повезли в сторону Великих Лук. Но тут началась бомбежка, взрывом нас выбросило из кузова. Мать схватила младенца на руки и побежала в ближайший лес, мы с трудом за ней поспевали», – вспоминает ветеран.

Потом был долгий путь на юго-восток, в сторону Москвы. Периодически мать оставляла детей в лесу, а сама ходила в ближайшие деревни, чтобы достать еды. Но как-то ее и еще нескольких женщин-беженок поймали немцы. Хотели повесить, как партизан. Мама умудрилась бежать, и с тех пор она зареклась покидать лес: в пути пришлось питаться подножным кормом. Бегство закончилось в деревне Хотилицы Калининской (теперь Тверской) области. Мать сходила на разведку, узнала, что немцев там нет, и договорилась с одной старушкой о постое. «Фашисты постоянно там не находились, и деревня несколько раз переходила из рук в руки. Наши в форме приезжали на лошадях из леса обычно по ночам – подкормиться. Немцы тоже наезжали, в основном за продуктами: «млеко, курка, яйки». Заходили и к нашей бабуле, пили шнапс, положив на стол ноги, чувствовали себя хозяевами», – говорит Михаил Александрович, и больше о войне не сказал ни слова.

Вербовка по «путевке»

Свои первые и единственные (не считая курсов) «университеты » он закончил в 1955 году. Это была семилетка. В том же году ушел в армию, служил в железнодорожных войсках в закрытом городе Молотове (ныне Пермь). Именно здесь Михаил в первый раз и услышал о Коми АССР.

«Незадолго перед «дембелем» нас построили на плацу перед солидным гражданским мужчиной в кожаном пальто и унтах. Это был представитель Ухткомбината, который приехал вербовать рабочую силу. Он стал нас агитировать ехать на Север. Я подумал: ну, что мне делать в деревне? И согласился – вышел из строя», – рассказывает Ильин. После демобилизации он заехал домой, простился, собрал фибровый чемоданчик и махнул на Север.Таких «дембелей» тогда набился целый состав: кто ехал в Воркуту, кто в Инту, а Михаил вышел в Ухте. Было это вечером в конце декабря 1958 года. Стоял 40-градусный мороз, он кое-как добрался до геолого-поисковой конторы, которая размещалась в бараке по улице Нагорной (в районе УРМЗ). Сторож пустил переночевать, а утром приехало начальство и пошло распределение новобранцев.

Ильина взяли рабочим в сейсмопартию, которая работала на Западном Тэбуке. Жил в землянке неподалеку от конной базы, до места службы ездил в санях, выполнял всю самую тяжелую работу.

Впрочем, в этом качестве Михаил Александрович пробыл недолго – всего один сезон 1959 года. Уже тогда он быстро схватывал премудрости неведомой ранее профессии: трудился помбуром, садился за рычаги трактора с передвижной буровой установкой, а когда уходил в запой бурильщик, заменял и его. «Сам я не пил и терпеть не мог пьяниц. А тогда выпивали крепко, а тем более в лесу. Впоследствии я всегда боролся с такими «коллегами», особенно с водителями: отстранял их от работы, ставил прогулы, что, конечно, сказывалось на их зарплате. Да и как иначе: ведь людей и оборудование перевозим в трудных условиях, можно и перевернуться», – объясняет наш герой.

Руководство его заметило, стало посылать на учебу: Михаил получил «корочки» бурильщика и водителя. Сначала водил списанные из армии артиллерийские тягачи АТ-Л, АТ-С и АТ-Т (легкий, средний и тяжелый), затем пересел на гражданский ГТТ. Но начальство нагрузило его еще и педагогической работой – заставило обучать новичков и бурению, и вождению.

Таежная любовь

Михаил Александрович утверждает, что в среднем за год он находился в городе на выходных не более месяца. И со своей супругой, как ни странно, он тоже познакомился в лесу. Или, как говорят геологи и геофизики, «в поле». Ивановскую ткачиху, приехавшую в Ухту за «длинным рублем», прямо на станции «перехватил» начальник сейсмопартии и прельстил высоким заработком. «Она расставляла аппаратуру по разным точкам, таскала тяжеленные кабели – геофизические «косы». Потом выучилась на взрывника и стала единственной в нашей конторе девушкой – специалистом в этом деле», – уверяет Ильин. Они познакомились в том же 1959 году, работали бок о бок, позже стали и жить в одной палатке, в 1963-м родилась первая дочь, а расписались только через год – некогда. Отдельного жилья в городе ни у кого из молодых не было, поэтому приходилось брать девочку на работу в тайгу. «Первое время так и таскал за собой балок с дочкой, как улитка свой домик. Долго стеснялся подойти к начальнику насчет квартиры. А когда все же рискнул, в ответ услышал: «Свободного жилья нет, можем только поставить на очередь». Пришлось уволиться – в 1970 году я перешел в «ПечорНИПИнефть» в отдел инженерных изысканий бурмастером. Работа привычная: мы бурили мелкие скважины для определения состава грунтов. Буровые станки – на базе того же ГТТ или ЗиЛ- 131. Побывал в командировке в Усинске, когда города еще и помине не существало – болота, росомахи, волки да медведи. Вездеход порой увязал в грязи по самую кабину», – делится романтикой 70-х наш герой.

А вот жилищный вопрос и на новом месте работы оставался самым болезненным. Ильины втроем занимали комнату с кухней в бывшем зэковском бараке на Ветлосяне. В институте дали однокомнатную квартиру в кирпичном доме по улице Печорской, что на УРМЗ. Но к тому времени в семье насчитывалось уже пять человек: сначала на свет появилась вторая дочь, а затем и сын. «Мои друзья часто удивляются: как ты смог в таких условиях поднять на ноги троих детей? А я и сам не понимаю», – признается ветеран.

Заслуженную четырехкомнатную квартиру в городе он получил только в 1982 году, когда старшая дочь была уже взрослой, а младшая – старшеклассницей. Через девять лет Михаил Александрович официально стал пенсионером, но работу не бросил. Причем по-прежнему ездил «в поле» – кабинетным сотрудником так и не стал. В 1993-м перешел в другой институт – «Комигражданпроект», еще три года бурил свои любимые мелкие скважины. На покой ушел только в 1996 году.

Вместо эпилога

На счету Ильина – 14 рационализаторских предложений, облегчающих тяжелый труд «полевиков». Он получает ветеранскую пенсию, а кроме того, ему еще доплачивают 6 000 рублей, как указано в документе, «за особые заслуги перед Республикой Коми». В сентябре нынешнего года Михаилу Александровичу пришлось пережить страшный удар: ушла из жизни верная подруга Любовь Петровна Ильина. Справиться с горем помогают дети и четверо внуков.



Олег Евлампиев evlampiev@nepsite.ru
Фото Евгения Карпова и из архива Михаила Ильина

Комментарии (0)

ava01
Проверочный код
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами