Авторизация

Забыл пароль регистрация
войти как пользователь

Регистрация на сайте

CAPTCHA
войти как пользователь

Восстановление пароля

войти как пользователь

пожаловаться модератору

CAPTCHA
Перейти на сайт
Поделись НЭПом

Татьяна Гуменюк: «Сцена – это «лобное место»

 Татьяна Гуменюк: «Сцена – это «лобное место»
Она приехала в Ухту в 1982 году из солнечной Украины вместе с мужем Сергеем (см. «НЭП» №42) и очень скоро влюбилась в «жемчужину Севера». Заместитель директора Дворца культуры по культурно-массовой работе Татьяна Гуменюк с ностальгией вспоминает талантливых людей, с которыми здесь свела ее жизнь; напряженную, но интересную работу, а также рассказывает, почему она перестала вести публичные мероприятия.

– Татьяна Петровна, почему Вы променяли благодатный климат родной Украины на суровый Север?
– Город мне очень понравился, я просто срослась с ним и теперь считаю Ухту своей второй малой родиной. Даже больше скучаю именно по ней, и это отнюдь не пафос — чистая правда. Но справедливости ради надо сказать, что на решение остаться навсегда повлияли не только эмоции. Через несколько месяцев после нашего приезда сюда стали раздаваться звонки из Украины: нам предлагали вернуться. Квартиры здесь еще не было, поэтому пришлось крепко задуматься. Художественный руководитель ЦДК Ирина Ивановна Вайсбейн, которую я считаю своим учителем, и директор Дома культуры Сергей Александрович Соболев (будущий руководитель нашего ГДК) побывали на приеме у главы «Коминефти». И уже в мае 1983 года мы справили новоселье.

– Вы работали в Доме техники, как до 1991 года назывался ГДК, когда его еще даже не построили. Что осталось из впечатлений 30- летней давности?
– Дата ввода Дома техники в эксплуатацию была известна давно – 24 декабря 1983 года. На дворе ноябрь, а стройка еще в самом разгаре. Вода льется рекой, вокруг все раскопано, большой зал в «лесах», где-то идет сварка, на первом этаже шлифуют гранитное покрытие, на втором — паркет. И то же время завозят цветы, велюровые диваны, столы, стулья, даже авторские гобелены для занавеса и панно в гостиной. Между собой мы шушукались, что строители успеть к нужной дате никак не смогут. Но они успели, за что надо в первую очередь благодарить руководителей «Главкомигазнефтестроя» Мирошниченко и Луховицкого, а также председателя рескома Нефтегазстройпрофсоюза Полухина, и, конечно, председателя горисполкома Зерюнова. А в Москве стройку успешно лоббировал глава Миннефтегазпрома СССР Борис Щербина. Мы даже выписали на его имя бессрочный постоянный пропуск на все мероприятия Дома техники. Когда Борис Евдокимович увидел наш дворец, так поразился, что сравнил его со знаменитым римским Колизеем. Я и до сих пор считаю, что лучшего Дворца культуры в Коми нет.

– Вы работали при всех директорах нашего главного очага культуры. Можете дать им характеристику, только очень краткую?
– Я могла бы говорить часами не только о директорах ГДК, но и других замечательных людях, с которым мне посчастливилось работать. Но понимаю, что это будет, скорее, материал для книги, а не газетной статьи. Поэтому заранее прошу прощения, если кого-то не упомяну: не из-за забывчивости, а ввиду ограниченных возможностей формата. Итак, первым директором (1983-86) был Андрей Григорьевич Свистун — безусловно, выдающаяся личность и великолепный хозяйственник. Он в свое время возглавлял ДК на Нижнем Одесе, потом они с супругой уехали жить на Кубань, так их специально вызвали оттуда в Ухту! Свистун каждый день ходил со свитой по своим «владениям» с носовым платком в руке, которым периодически проводил по какой-нибудь поверхности. И не дай Бог платок оказывался запачканным! Мы его немного побаивались, но зато в доме всегда был порядок.

О Соболеве (1986-96) я уже упоминала. Он совмещал умение руководить хозяйством и творческими коллективами. Сам прекрасный музыкант, закончил Ленинградский институт культуры, Сергей Александрович в трудное время заботился о каждом специалисте, старался выбить для них максимальные зарплаты. При этом имел индивидуальный подход к руководителю каждого творческого коллектива, а ведь все они имели разные характеры!

Но, по моему мнению, самые сложные времена пришлись на долю Евгения Алексеевича Чечемина (1996-2011). Грамотный музыкант с «правильными ушами» (то есть великолепным слухом), очень тактичный человек. Его главная заслуга в том, что удалось сохранить большинство художественных коллективов и специалистов. А ведь тогда пошла волна массовых сокращений и хронических задержек зарплаты: в некоторых отделах осталось по одному человеку. Но остались, а не ушли в торговлю, наши легендарные личности: Михаил Пензяков (академический хор), Любовь Розе (ансамбль русской песни), Славомира Соболева (оркестр русских народных инструментов), Вера Гой (народный театр), Людмила Дудина (организатор Пушкинских чтений) и многие-многие другие. Город нам оплачивал только две статьи: мизерную зарплату и «коммуналку». Выживали двумя способами — ездили на гастроли и сдавали помещения в аренду торговцам. Я могу понять ухтинцев, которые нас и сейчас критикуют за вещевые рынки в храме культуры, самой тоже больно на это смотреть. Но в современных условиях другого выхода просто нет.
Два года Дворцом культуры руководит Валерий Георгиевич Ясеновец. Хочу отметить, что в нашей жизни произошли некоторые положительные сдвиги. По крайней мере, сейчас уже нет проблем с приобретением костюмов. Но вот новые музыкальные инструменты, к сожалению, приобретать пока не имеем возможности — уж слишком дорого. Поэтому, например, наш гениальный баянист Анатолий Берестнев бережет свой баян- «ветеран» как зеницу ока.

– А теперь давайте все же немного о Вас.
– Моя первая должность в ГДК — методист отдела политико-массовой работы (после распада СССР — культурномассовой), первое публичное мероприятие — День Победы 9 мая 1984 года. Долгое время я не только вела концерты, праздничные и тематические вечера, но и сама их режиссировала. Помню, в конце 80-х людям очень нравились вечера типа телевизионных «От всей души», которые вела Валентина Леонтьева. Я проводила их для многих предприятий, нужно было запоминать километры текста: тогда среди ведущих считалось дурным тоном выходить на сцену с папочкой, хотя маленькими «шпаргалками», конечно, пользовались. В 1988 году Дворец культуры провел более 600 мероприятий, для сравнения – сейчас вдвое меньше. Однако после одного казуса я задумалась о прекращении своей публичной деятельности...

– Расскажете?
– В конце 80-х в малом зале я вела КВН между двумя цехами объединения «Стройиндустрия», на балансе которого находился наш Дом техники. Волновалась настолько, что одна моя коллега предложила выпить успокаивающую таблетку, что я и сделала. Ну, поначалу вроде бы все пошло нормально, я начала говорить какую-то фразу и вдруг с ужасом понимаю, что не могу ее закончить – не нахожу слов. В голове образовался ступор, молча стою на сцене и улыбаюсь. Мне уже начали подсказывать: сначала из жюри, а потом даже из зала. Я их слышу, но не понимаю. Все это длилось каких-то пару минут, а потом закончилось так же внезапно, как началось. В общем, после таблетки, видимо, слишком сильно успокоилась... Тот случай и стал «первым звоночком». Но я еще продолжала выходить на сцену, потом к нам пришла красивая молодая девушка Людмила Логунцова. Мы одно время работали с ней параллельно, а когда я увидела, что она прекрасно справляется, полностью ушла в режиссерскую работу. Я и сейчас считаю Сергея Гуменюка и Людмилу Логунцову лучшими нашими ведущими. Ведь сцена — это «лобное место», далеко не каждый выдержит напряжение. А я им никогда не завидовала, наоборот — сочувствовала.

***По состоянию на 2012 год во Дворце культуры насчитывалось 43 творческих коллектива, в которых занималось 1 075 человек.




Олег Евлампиев evlampiev@nepsite.ru
Фото Татьяны Никифоровой и из архива Татьяны Гуменюк

Комментарии (0)

ava01
Проверочный код
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами