Люди с улицы
Любая болезнь переносится легче, когда рядом близкие и родные.
Но бывает, что по своей ли вине либо в силу жизненных обстоятельств человек оказывается один на один со своим горем, рассчитывая разве что на помощь волонтеров или госслужб.
Мы решили познакомить читателей с историями обитателей Центра социальной реабилитации лиц без определенного места жительства и занятий.
Несмотря ни на что они продолжают надеяться и верить. Каждый в свое, пусть и не всегда признаваясь в этом вслух. Это подлинные монологи, их правдивость остается на совести авторов.
Юрий Нестеров, 61 год, инвалид первой группы: – Знаете, я бич по жизни... С 1961 года жил в Шудаяге. Когда-то была семья: родители, брат, сестра. Брат давно погиб. Сестре 70 лет, живет где-то под Ленинградом, давно не виделись. Женат не был, так, подруги... Есть ребенок, но где он и как – не знаю.
Я ведь сидел пять раз за кражи, в общей сложности 15 лет. Иногда работал, но недолго. И снова в лагерь – там ведь интереснее! На воле много пил, отчего, в конце концов, и пострадал.
В новогоднюю ночь на 2015-й в Шудаяге уже хорошо выпившим пошел в гости к приятелю. Стоял сильный мороз, заснул в снегу. Проснулся, кое-как доковылял до квартиры, снял валенки – ступни ног черные. Приятель вызвал «Скорую».
Отрезали ступню одной ноги и все пальцы на другой. Из больницы в июне меня и привезли в этот Центр. Здесь нормально: кормят, поят, одежду дали. Гулять не вывозят, но только потому, что я сам не хочу. Что я там не видел?
Инвалид второй группы, 50 лет (имя не называется из этических соображений):
– Я жил с мамой в Москве в двухкомнатной квартире. В 2012 году мамочка умерла, я остался совсем один, очень сильно переживал ее смерть. Примерно через год раздался звонок: женщина представилась ухтинкой, с которой мама познакомилась, когда мы с ней отдыхали в Абхазии. Я ее вспомнил, сообщил, что мамочка умерла, она сказала, что немедленно приедет. И действительно, вскоре пришла, сказала, что заберет к себе, и попросила подписать какую-то бумагу. Я подумал, что это договор о сдаче нашей квартиры в аренду, но это была дарственная…
В Ухте я прожил в той семье два года. Там жили еще муж и дочь этой женщины. Поначалу все складывалось хорошо. Я мыл в квартире полы и посуду. Но потом все пошло наперекосяк. Началось с моей собачки – карманного пекинеса. Они ее, не спросив меня, кому-то отдали, там песик умер. Дальше – хуже. У той женщина стали пропадать деньги, дочь стала винить меня. В конце концов женщина отвезла меня в какое-то общежитие в Шудаяге.
Не дала ни денег, ни документов. А без паспорта я не мог получать пенсию. Летом приходилось ночевать на улице, перебивался, как мог. Затем эта женщина отвезла меня в поселок Дальний в психиатрическую больницу. Меня там несколько дней продержали, а потом сказали, что лечения не требуется. Забрали в этот Центр. Неплохо кормят, хорошее отношение, телевизор смотрю. Иногда вызываюсь поработать, например убрать снег и отколоть лед. Но очень хочу вернуться в Москву...
Директор Центра Ольга Чубакова:
– В личном деле этого человека есть отказ в возбуждении уголовного дела по обвинению той женщины в мошенничестве. Она была опрошена и пояснила, что у нее с мамой нашего клиента существовала устная договоренность о том, что ухтинка будет ухаживать за ней и ее сыном до конца жизни матери. А после смерти квартира достанется той женщине, сын покойной должен будет переехать в Ухту. Говорила, что мужчине у них жилось хорошо, но он стал вести себя очень агрессивно. Я же на протяжении нескольких месяцев ничего подобного за ним не замечала.
Михаил Ясинский, 54 года, инвалид третьей группы:
– Жил в Сыктывкаре, работал водителем вахтами в Усинске, получал неплохо.
А четыре года назад заболел диабетом, еще через два года перенес инсульт. И все пошло прахом. Жена подала на развод, сказала, мол, иди жить к родственникам. Но у сестры маленький частный дом. Некоторое время прожил у брата: маленькая двушка, трое несовершеннолетних детей. Пришлось уйти.
Старший сын несколько раз сидел, где он – не знаю. Младший живет с матерью.
Переселился в Сыктывкарский мужской кризисный центр, а в августе меня направили сюда, в Ухту.
Жду комиссии, которая может дать мне вторую степень инвалидности. Тогда появится надежда переехать в какойнибудь интернат для инвалидов: здесь ведь могут держать только временно. Хотя живу неплохо, получаю пенсию, 75% отдаю за кров и питание, остальное остается мне.
Комментарий Директора центра Ольги Чубаковой:
– Ухтинский Центр социальной реабилитации лиц без определенного места жительства и занятий образован в 1994 году, финансируется исключительно из республиканского бюджета.
В состав входят три отделения: ночного пребывания, временного пребывания и социальная гостиница. Первое принимает людей с улицы, которые могут здесь только переночевать с 19 до 7 часов. Во втором живут инвалиды и престарелые люди, срок проживания – до шести месяцев. После этого решается вопрос их дальнейшего существования. Либо они переезжают к родственникам (таких меньшинство), либо в какое-нибудь другое социальное учреждение республики. Социальная гостиница создавалась как место временного проживания детей-сирот, выпускников школ-интернатов, которым уже исполнилось 18 лет. Здесь они могут переждать то время, которое понадобится для получения положенного им жилья и устройства на работу. Впрочем, здесь в свое время жили и беженцы из Украины, и люди, снятые с поезда, и жильцы аварийных домов, в которых жить было уже просто опасно.
Таких заведений в республике больше нет. У нас живут люди с улицы. У большинства – проблемы с паспортами, многие страдают педикулезом и кожными заболеваниями. Мы их отмываем, оказываем медицинскую помощь (есть свои фельдшеры), предоставляем б/у одежду, которую часто нам приносят ухтинцы. Очень тесно работаем с больницами и поликлиниками: имеем льготы в получении талонов к врачам, помогают в оформлении документов. Сотрудничаем и с миграционной службой. В ночное отделение пришел мужчина, у которого еще советский паспорт. После освобождения из лагеря он 17 лет жил где-то на дачах, чем питался – неизвестно, но паспорт там был не нужен. Сейчас ломаем голову, как ему в этом помочь – случай не из легких. Конечно, многие из наших обитателей сами виноваты в своей неудачно сложившейся жизни. Но ведь все равно это люди, и мы стараемся им хоть чем-то помочь.
Спасибо за чуткость
От лица воспитанников Социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних г. Ухты выражаем огромную благодарность коллективу дирекции по развитию бизнеса в РК филиала ОАО «Газпромбанк», собравшему личные средства на приобретение посудомоечной машины. Ваша помощь очень актуальна и своевременна. Ведь среди многих забот у работников приюта есть и такая, как накормить и напоить детей шесть раз в день. И процесс этот весьма трудоемкий: сначала посуда замачивается, потом промывается в одной мойке, потом – в другой, затем сушится. Теперь время, которое приходилось тратить на рутинную работу, можно использовать с большей пользой для детворы. Работники Газпромбанка всегда откликаются на наши просьбы о помощи. Мы говорим вам спасибо за доброту и искреннее отношение к детям.Попечительский совет центра.
Олег Евлампиев evlampiev@nepsite.ru
