Уроки любви Эльдара Рязанова
Новый год – это шампанское, салат оливье и фильм Эльдара Рязанова «Ирония судьбы или с легкими паром». Да, еще десяток мандаринов и зеленая хвойная веточка – для аромата. Больше для встречи Нового года ничего и не нужно. Если, конечно, ты родился и вырос в этой стране. Тогда уже на «генетическом уровне» ты не можешь не любить фильмы великого лирика и комедиографа. Да, Рязанов последнее время тяжело болел…
Да, семья и врачи сделали все возможным, чтобы продлить его пребывание на этой земле. Но возраст. Но болезнь. Но конечность бытия… С потерями людей, которые формировали твою душу, легче смириться, когда они оставляют наследство - для твоей души. Эльдар Рязанов оставил великое наследство - «Карнавальная ночь», «Гараж», «Берегись автомобиля», «Служебный роман», «Жестокий романс», «Вокзал для двоих», «Ирония судьбы или с легким паром» и самый последний фильм маэстро – «Андерсен. Жизнь без любви», который сам он считал откровением высшей степени. Ведь Андерсен – это он сам, великий сказочник и знаток человеческой души…
Режиссер и гражданин
Для каждого, кого судьба столкнула с Эльдаром Рязановым, он стал родным человеком. И это не формальные слова. Его коллеги утверждают, что с первых минут он «разрушал» стену, которая обычно разделяет малознакомых людей. И тут же возникало ощущение, что ты для него – самый нужный и близкий человек. И это чувство уже никогда не исчезало…- Я очень многим обязан Эльдару Александровичу, мы работали с ним вместе в пяти фильмах, - рассказывает Олег Басилашвили. – И с каждой картиной Рязанов все больше и больше открывал мне меня же самого. Именно благодаря ему я понял, что такое кинематограф, что значит быть актером и режиссером. Бесед отдельных на эту тему у нас не было. Но всю свою жизнь Эльдар доказывал, если ты равнодушен, если ты не гражданин и не пронизан особым чувством любви к своей Родине, то ты не актер. Я не забуду счастливых дней, месяцев и лет, которые провел с Эльдаром.
- Я помню, как накануне своего 50-летия Эльдар Александрович приехал ко мне, тогда еще молодому артисту домой, - вспоминает Геннадий Хазанов. - И я, вместо того, чтобы говорить о его юбилейном вечере, стал ему исполнять песни из моего первого сольного спектакля. Помню, как он смотрел на меня, улыбаясь. Рязанов понимал, что артист – это человек, который никогда никого не слушает, если речь идет не о нем. Рязанов для меня никогда не был моим зрителем, он был знаковый человек, с которым связано почти сорок лет моей жизни.
«Он мои крылья»
- Я помню нашу первую встречу с Эльдаром Александровичем на «Мосфильме», - рассказывает Алена Бабенко. - Я ждала его в просторной комнате, где было много света. Вдруг открылась дверь, вошел огромный человек, похожий на большого белого медведя, с улыбкой во все лицо, и сказал мне: «Здорово, Бабенко! Как дела?».Я ответила: «Отлично». В то самое мгновение я поняла, что между нами нет ни расстояния, ни возраста, ни времени… С этой секунды мы подружились навсегда. Он мне предложил сыграть роль Генриетты Вульф в его фильме «Андерсен. Жизнь без любви». Потом была наша сумасшедшая работа над этим проектом. И я все думала, смогу ли я с такой же страстью, нежностью и безумием относиться к своей работе? Я предлагала несколько вариантов какой-то сцены, и Эльдар Александрович слушал меня с детской увлеченностью, понимал все, что я говорю, и тут же кричал: «Реквизит! Грим! Свет! Мы можем это сделать?».
А мне ради него хотелось еще лучше и лучше сыграть эту роль. Потом он пригласил меня в фильм «Карнавальная ночь-2 или 50 лет спустя». Это были очень трудные съемки в павильонах: мы работали не по 12, а по 14-16 часов. И я видела, как ему трудно. После отдыха он выходил из своей комнаты и шел очень тяжело, мне казалось, что он вот-вот упадет. Но, как только звучала команда «Камера! Мотор!», садился за монитор и превращался в другого человека – 16-летнего юношу с распахнутыми глазами, который снова был готов работать до изнеможения. А потом он познакомил меня со своим клубом «Эльдар», где я не раз была и даже выступала на концерте, пела песню «Нежность». Мне аккомпанировала сама Александра Пахмутова. Помню, я тогда забыла две строчки, они вылетели у меня из головы от волнения.
А в финале мы с Эльдаром Александровичем танцевали на сцене, я сбросила туфли и танцевала с ним босиком, и мне казалось, что я - Ева… Было так хорошо... В день рождения, который он отмечал 18 ноября, я позвонила его супруге Эмме Валерьяновне и сказала: «Передайте, пожалуйста, Эльдару Александровичу, что он мои крылья! Был, есть и будет. А я - его крылья». Он из поколения других людей: воспитанных, уверенных в себе, с характером удивительной твердости и мужества. Я пообещала и в себе воспитать такой характер…
Говорить, а не молчать
Коллеги называют Рязанова Эликом – он сам так просил – и «самым нужным режиссером». Каждого персонажа своего фильма, даже отрицательного, он наделял неповторимым обаянием. Его герои передавали зрителю с экрана любовь самого Рязанова к жизни.- Я бесконечно благодарна судьбе за то, что я имела честь и счастье пять раз сниматься у Эльдара Александровича, - сказала Лия Ахеджакова. – Помимо всего прочего, я научилась у него храбрости говорить, а не молчать. Он увел меня от традиционной актерской позиции: мое дело - играть и помалкивать, вывел на территорию, где нельзя сосуществовать рядом с несправедливостью и подлостью. В какие только маленькие уголки России я ни приезжала, везде меня встречали как человека, который представляет Эльдара Рязанова. Ко мне подходили и говорили: передайте Эльдару Александровичу, что мы его любим!
- Лет в шесть-семь я посмотрела «Гусарскую балладу» и поняла, что есть такое понятие, как родина, ее нужно любить и можно отдать за нее жизнь, - рассказала Татьяна Догилева, - Потом увидела «Берегись автомобиля» и поняла, что такое справедливость и что за нее нужно бороться всеми своими силами. Рязанов - намного больше, чем кинорежиссер. Он наш воспитатель. Счастье, когда именно такие люди формируют сознание нации.
Поэт
Режиссер Владимир Хотиненко прочитал одно из последних стихотворений Эльдара Рязанова, которое он написал уже в больничных стенах:В старинном парке корпуса больницы,
кирпичные простые корпуса...
Как жаль, что не учился я молиться,
и горько, что не верю в чудеса.
А за окном моей палаты осень,
листве почившей скоро быть в снегу.
Я весь в разброде, не сосредоточен,
принять несправедливость не могу.
Что мне теперь до участи народа,
куда пойдет и чем закончит век?
Как умирает праведно природа,
как худо умирает человек.
Мне здесь дано уйти и раствориться...
Прощайте, запахи и голоса,
цвета и звуки, дорогие лица,
кирпичные простые корпуса...
- Когда уходит такой человек, принято говорить, что вместе с ним ушла эпоха, блестящая глава в нашем кинематографе, - сказал Владимир Хотиненко. - Да, безусловно, это так… Но огромное количество людей восприняли его кончину как личную потерю. Потому что он был замечательной опорой в нашей жизни… К сожалению, этой опоры больше нет. Пока человека помнят – он будет жить. А помнить мы будем Рязанова долго-долго…Ведь скоро Новый год, мы увидим «Иронию судьбы» и вспомним о нем с тихой, теплой улыбкой на лице…
Екатерина Шитикова, фото Алексея Родченко
Информационное агентство «Столица» по заказу Издательского дома «НЭП».
